Перро ратеро Мальоркин (Ка ратер Мальорки)

С названиями у породы полный порядок, если один раз в них разобраться. Ca Rater Mallorquí — это каталанский (майоркский) вариант. Perro Ratero Mallorquín — испанский. Ratoner de Mallorca, «ратонеро мальоркин» — та же собака в других регистрах. Это не разные популяции и не подтипы: одна порода, просто три языковых слоя одного острова.

Смысл лежит на поверхности. «Ca» по-каталански — пёс. «Rater» — производное от «rata», крыса. То есть в имени собаки прямым текстом записана её специальность: крысолов. Не компаньон, не сторож, не декоративная порода — крысолов, а всё остальное производно от этого.

Единственная по-настоящему опасная путаница — с валенсийским крысоловом. Это отдельная материковая порода со своей историей и своим статусом. Смешивать их — примерно как путать двух мастеров одного цеха только потому, что у них совпала фамилия.

Самый частый вопрос про ка ратера звучит так: раз FCI породу не признала, значит, это и не порода вовсе? Нет. Здесь работают две разные системы, и их постоянно смешивают в одну кашу.

Первая система — международная кинологическая. В ней ка ратера действительно нет: FCI породу не признала, стандарта под номером не существует. Если вам где-то показывают «номер стандарта FCI» для мальоркского крысолова, можно даже не проверять — это выдумка.

Вторая система — региональная и государственная, по своей природе аграрно-административная. И вот в ней бумаг у собаки хватает. Стандарт породы опубликован в официальном вестнике правительства Балеарских островов (BOIB) 28 декабря 2002 года. Чуть раньше, резолюцией от 21 ноября 2002 года, ведение племенной книги породы поручили породному клубу. Правовой рамкой для всей конструкции послужил испанский Real Decreto 558/2001 от 25 мая 2001 года — документ об официальном признании ассоциаций заводчиков чистопородных собак.

С признанием на уровне испанского министерства сельского хозяйства картина мутнее: источники называют то 2003-й, то 2004 год, причём чаще всего звучит дата 10 марта 2004 года. Честнее подать это как расхождение, чем выбрать одну цифру и выдать её за установленный факт.

Итоговая формула простая: документы у собаки есть, просто не FCI-овские. Это аграрно-административный трек, а не кинологический. Но, в отличие от множества «аборигенных пород без бумаг», здесь реально существуют и опубликованный стандарт, и племенная книга, и клуб, который её ведёт.

Что из этого следует практически для покупателя в Украине — важнее самой теории. Кинологический союз Украины (КСУ) является единственным представителем FCI в стране и оформляет документы только на признанные FCI породы. Значит, родословной КСУ на ка ратера не будет ни при каких обстоятельствах: у собаки останется метрика мальоркского клуба, и это её потолок в украинской кинологической системе.

Дальше начинается сюжет, из-за которого статус породы выглядит не жертвой обстоятельств, а результатом сознательного выбора.

В перечне признанных испанских пород Королевского собаководческого общества Испании (RSCE) ка ратера нет. На сайте организации он проходит по отдельной рубрике — «прочие породы / на этапе восстановления», с отсылкой к Балеарам. Причина не в том, что собаку забраковали. Породный клуб принципиально не стал уходить под RSCE, чтобы не отдавать собственную племенную книгу.

Логику клуба понять несложно: племенная книга — это, по сути, власть над породой. Кто её ведёт, тот и решает, кого допускать к разведению и по каким критериям. Передать книгу национальной организации означало бы передать контроль. Но у такого выбора есть цена, и она была известна заранее: путь в FCI лежит только через национальную кинологическую организацию страны. Отказавшись от RSCE, клуб автоматически закрыл себе дорогу к международному признанию.

Так что расхожая фраза «породу не признали» неточна. Точнее будет иначе: породу и не выдвигали на признание на тех условиях, которые для этого требуются.

Организация, которая держит породу на плаву, называется Club del Ca Rater Mallorquí, сокращённо CEPRAM. Клуб основан в 1990 году, а официальный статус ассоциации заводчиков получил в 2002-м — том самом году, когда появились стандарт и племенная книга.

Годовой ритм клуба стоит знать даже тем, кто никогда не поедет на Майорку: по нему видно, что порода живая и рабочая, а не музейная.

Есть у клуба и зарубежные ячейки — в Германии и во Франции. Для породы, чья родина умещается в один остров, это неплохой уровень распространения.

Самая любопытная анатомическая особенность породы — хвост. Примерно каждый пятый щенок рождается вовсе без хвоста или с коротким рудиментом. Это природный бобтейл, наследственная особенность, а не результат чьих-то ножниц.

Путаницу создала история. Хвосты ка ратерам купировали поголовно — таков был фермерский обычай, и вопросов он ни у кого не вызывал. Сегодня купирование в Евросоюзе запрещено, поэтому взрослые собаки с коротким хвостом на свежих фотографиях — это почти всегда естественная бесхвостость, а не работа человека.

Практический вывод для покупателя: короткий хвост у щенка сам по себе не говорит ни о чём плохом и не является ни браком, ни доказательством купирования. А вот если заводчик уверяет, что «в породе все бесхвостые», — это повод задать больше вопросов, потому что хвостатых в породе всё-таки большинство.

Самый распространённый окрас — чёрно-подпалый. Реже встречается коричнево-подпалый. Отдельно стоит триколор, где к основному рисунку добавляется белый: пятна на груди, морде, лапах.

И вот здесь прячется красивая деталь, объясняющая, откуда у сугубо рабочей породы вообще берутся предпочтения по цвету. Охотники сознательно выбирали триколорных и белопятнистых собак — чтобы в густом кустарнике не спутать собственного пса с кроликом. Причина предельно практическая, а цена ошибки в такой ситуации понятна без пояснений.

Похожая логика работала и на материке: у андалузского крысолова белый корпус отбирали ради заметности в полутьме винных подвалов. Две разные породы, две разные среды — и один и тот же принцип: окрас обязан помогать человеку не потерять собаку из виду.

Чтобы понять породу, достаточно один раз представить майоркскую усадьбу — possessió. Это не дачный участок, а целый хозяйственный комплекс: амбар с зерном, конюшня, мельница, маслодавильня, каменные стены с щелями, подполы, склады с мешками. И всё это — идеальная среда для грызунов.

Работа ка ратера выглядела так: собаку запускали под пол, между мешки, в щели каменных кладок, в узкие проходы между постройками. Дальше она действовала сама. Без команд, без наводки, часто в полной темноте. Хозяин физически не мог ни увидеть происходящее, ни подсказать.

Отсюда габариты. Собака мелкая не потому, что кому-то так захотелось, а потому, что более крупная туда попросту не пролезет. Размер здесь — техническое требование, как диаметр гаечного ключа.

Отсюда же характер. Крыса не убегает молча: загнанная в угол, она разворачивается и кусается, а укус у неё серьёзный. Собака, которая при первом сопротивлении отступала, работу не выполняла и потомства не оставляла. Столетиями отбирали смелость, самостоятельность и умение принимать решение в одиночку. Эти три качества никуда не делись в квартире XXI века — просто применяются теперь к другим объектам.

Крысами репертуар породы не ограничивался. В охотничьей практике ка ратер работал по кролику и зайцу, попадались ему ёж и дрозды. Но самое интересное — не список добычи, а техника.

Майоркцы называют её «buidar», буквально «опорожнять», «вычищать». Собака не гонит добычу по открытому полю на скорость — она лезет в заросли и выталкивает зверя наружу, под выстрел или под другую собаку. Это прямая противоположность работе ибисской борзой (ca eivissenc), которая как раз преследует зверя в открытую и берёт скоростью и зрением.

Разница отлично видна на обычной прогулке. Ка ратер не «уходит в горизонт», как борзая, — он методично обшаривает кусты, канавы, кучи веток и всё, у чего есть вход. Ваш газон он проверяет не как спринтер, а как инспектор с планом обхода.

Здесь начинается самое интересное и самое неожиданное. В 2022 году породу изучили генетически: микросателлитные маркеры, 77 образцов шерсти, собранных на Майорке. Результаты перевернули пару очень устойчивых представлений.

Первое. Родства с терьерами не обнаружено. Несмотря на разительное внешнее сходство и на все рассказы о «британской терьерской крови», якобы занесённой на остров моряками и торговцами, генетика этой версии не подтвердила. Перед нами классическая конвергенция: похожая работа в похожих условиях независимо вылепила похожую собаку. Поэтому фразу «ка ратер — испанский терьер» стоит держать как удобное сравнение, а не как утверждение о происхождении.

Второе. Зато подтвердилось тесное родство с валенсийским крысоловом. Две породы с разных берегов одного моря оказались роднёй — и выглядит это куда логичнее морской легенды о британцах.

Третье — цифры, от которых зависит будущее породы.

Последняя строка самая тревожная. Когда из 363 животных 146 являются основателями, база узкая по определению — новых генов взять неоткуда. Добавьте зафиксированное авторами устойчивое снижение числа рождений начиная с 2011 года, и вывод исследования становится очевидным: породе нужна программа сохранения.

Чтобы понять место ка ратера в мире, полезно посмотреть на двух его коллег с материка. Оба занимались тем же ремеслом, оба ещё недавно находились в том же непризнанном положении — и оба это положение уже сменили.

Про ратонеро бодегеро андалус известно ровно то, чего не хватает майоркцу: его происхождение прослеживается от линий гладкошёрстного фокстерьера, завезённых британскими виноторговыми компаниями. Белый корпус с чёрно-подпалыми пятнами отбирали ради видимости в полутьме бодег. У валенсийца, к слову, преобладает триколор — та же логика заметности, только в других декорациях.

А теперь контекст, ради которого всё это перечислено. Андалузец стал четырнадцатой испанской породой, признанной FCI, — это произошло в 2024 году. Валенсиец прошёл ту же процедуру в 2022-м. То есть ещё пять лет назад все три испанских крысолова были в одинаково непризнанном положении. Статус — вещь не вечная, и дверь для ка ратера закрыта не судьбой, а решением его собственного клуба. Показательна и ещё одна мелочь: при признании FCI переименовала обе породы в сторону слова «терьер» — международная система любит понятные ярлыки.

Вопрос «сколько в мире ка ратеров» не имеет одного честного ответа, и это стоит признать прямо. Источники считают разное.

• Сайт породного клуба — более тысячи зарегистрированных собак и около 150 новых щенков в год.
• Испанское отраслевое издание — 2041 зарегистрированная собака, с оговоркой, что реальное поголовье может быть вдвое больше.
• Генетическое исследование — 363 животных в проанализированном реестре.

Числа не сходятся не потому, что кто-то ошибается, а потому, что считают они разные вещи: одни — всех когда-либо внесённых в книгу, другие — живых, третьи — только попавших в конкретную выборку. Утверждать без натяжки можно одно: порода не стоит на грани исчезновения, но речь идёт о тысячах особей, а не о десятках тысяч.

Практический вывод для украинского покупателя неприятный, но честный: за пределами Балеар это редкость, а в Украине — редкость почти абсолютная. Ждать щенка придётся долго и, вероятнее всего, везти его из-за границы.

Порода сформировалась в средиземноморском климате: мягкая зима, отсутствие затяжных морозов, каменные постройки, которые держат тепло. Собака вышла соответствующая — около четырёх килограммов живого веса, короткая шерсть без подшёрстка, никакого жирового запаса.

Перенесите это в украинскую зиму — и получите жёсткое ограничение. Уличное содержание ка ратера в нашем климате исключено полностью. Ни вольер, ни утеплённая будка, ни «да он привыкнет» здесь не работают. Собаке такого веса и с такой шерстью нечем удерживать тепло: у неё нет ни подшёрстка, ни массы, ни подкожного слоя. Это не изнеженность и не капризы, а физика.

Нюансы ухода зимой:

• Обязательное наличие теплой одежды (комбинезон или свитер).
• Сокращение времени прогулок в сильные морозы.
• Защита лап от реагентов специальным воском.

Отдельно стоит сказать про межсезонье, которое у нас длиннее самой зимы. Слякоть, ветер и плюс три для такой собаки хуже сухого мороза: мокрая короткая шерсть на ветру отдаёт тепло стремительно. Непромокаемый верх осенью нужен не для красоты, а по делу.

Зато инверсия работает и в обратную сторону, и об этом почти не пишут. Летнюю жару ка ратер переносит легче многих привычных нам пород: там, где северная собака с плотным подшёрстком лежит пластом, майоркец остаётся деятельным. Ему нужны тень и вода, а не спасательная операция.

Про эту породу приятно писать хвалебные тексты, но полезнее — честные. По габаритам ка ратер прекрасно живёт в квартире. По темпераменту — далеко не всегда. Вот что реально осложняет городскую жизнь.

• Рефлекс срабатывает быстрее команды. Голубь взлетел, белка мелькнула, кот перебежал двор — тело уже поехало, а слух отключился. Это не непослушание, а скорость нервной системы, которую отбирали столетиями.
• Голос. Лай — рабочее качество, а не дефект воспитания. Корректируется, но не исчезает. В доме с тонкими стенами это придётся учитывать заранее, а не выяснять опытным путём.
• Раскопки и щели. Собака, чья профессия — пролезать в узкое, воспринимает забор как задачу, а не как границу. Ограда «на глаз» не работает: проверять нужно низ, углы и всё, где есть зазор.
• Самостоятельность. Ка ратер выведен принимать решения сам, в темноте, без подсказки. Он не станет ждать вашей команды там, где считает ситуацию понятной.

Это не приговор, а список того, чем управляют средой и режимом, а не строгостью. Прочный поводок, надёжная амуниция, продуманный двор и достаточная нагрузка снимают большую часть перечисленного.

Вот раздел, который в текстах про эту породу почти всегда пропускают, а он для крысолова важнее половины всего остального. Собака, которая ловит грызунов и подбирает добычу, находится в другой группе риска, чем комнатная собака того же размера.

• Лептоспироз. Основной резервуар возбудителя — серые крысы и полевые мыши. Заразиться можно не только от самого грызуна: возбудитель попадает в воду и почву с их мочой, и собаке достаточно попить из лужи или пробежать по сырому месту с повреждённой лапой. Для такой собаки вакцинация от лептоспироза — не факультатив.
• Бешенство. Прививка в Украине обязательна для всех собак, но для охотника, который контактирует с дикими животными, это ещё и прямой вопрос безопасности хозяина и его семьи.
• Гельминты. Поедание добычи — прямой путь заражения. Схему дегельминтизации для собаки, которая ловит, врач обычно назначает чаще стандартной.
• Клещи и переносимые ими инфекции. Ка ратер лезет в высокую траву, кустарник и норы — то есть ровно туда, где клещи и ждут. Обработка нужна весь тёплый сезон, без пауз между «уже не холодно» и «ещё не жарко».

Ни один из этих рисков не повод отказаться от породы. Но все вместе они превращают ветеринарный календарь из формальности в рабочий инструмент — особенно если собака бывает за городом.

Отдельный и сильно недооценённый сюжет. Современная борьба с грызунами — это в первую очередь родентициды-антикоагулянты: приманки, нарушающие свёртывание крови. Отравленная крыса не погибает мгновенно, она слабеет и становится лёгкой добычей. Именно её собака поймает первой — просто потому, что она медленнее здоровой.

Опасность в том, что отравление вторичное и отложенное. Собака съедает грызуна, никак не реагирует, ведёт себя нормально день, два, три — а потом появляются признаки нарушения свёртываемости: вялость, бледные слизистые, кровоподтёки, кровь из носа, кровь в моче или кале, одышка. Связать это с эпизодом трёхдневной давности хозяин чаще всего не может, и драгоценное время уходит.

Что с этим делать:

• Не выпускать собаку туда, где недавно проводили дератизацию: подвалы, склады, зернохранилища, дворы после обработки, парковые зоны с разложенными приманками.
• Если собака съела грызуна на территории, где травят, — обращаться к врачу сразу, не дожидаясь симптомов.
• Антидот к антикоагулянтам существует, но назначает его исключительно ветеринарный врач и на основании анализа свёртываемости. Самолечение здесь опаснее бездействия.
• Помнить о масштабе: доза, почти безобидная для крупной собаки, для четырёхкилограммового пса может оказаться критической.

Теперь самое практичное — что означает эта порода в украинских правовых и кинологических координатах. Именно с этого стоит начинать, если вы читаете текст из Украины, а не из любопытства.

Родословная. Кинологический союз Украины — единственный представитель FCI в стране, и оформляет он документы на породы, признанные FCI. Ка ратер к таким не относится, а значит, родословной КСУ на него не будет. Всё, что может быть у собаки на руках, — метрика мальоркского клуба, который ведёт собственную племенную книгу. Для домашнего компаньона это не меняет ровным счётом ничего: собака от этого не становится хуже, здоровее или менее породной. Но для того, кто планирует выставки и разведение в системе FCI, это закрытая дверь, и узнать о ней нужно до покупки, а не после.

Перечень опасных пород. Постановление Кабинета Министров Украины №1164 от 10 ноября 2021 года «Некоторые вопросы относительно опасных пород собак» устанавливает перечень из 76 пород и распространяется также на их метисов; для владельцев таких собак предусмотрено обязательное страхование ответственности. Ка ратера в этом перечне нет — и быть не могло: четырёхкилограммовый крысолов не проходит ни по одному критерию.

Но вот деталь, ради которой стоило открыть текст постановления. В перечне есть «бульдог мальорский» — то есть ca de bou, земляк ка ратера с того же самого острова. Украинское законодательство знает ровно одну майоркскую породу, и это большая. Ту закономерность, которую мы видели в таблице признания FCI, украинский нормативный документ воспроизводит с абсолютной точностью: замечают крупных.

Закон Украины «О защите животных от жестокого обращения» №3447-IV в статье 9 описывает особенности содержания домашних животных. Для ка ратера три её положения читаются на удивление конкретно — эта порода как будто специально создана, чтобы проиллюстрировать сухие формулировки.

Условия содержания должны отвечать биологическим, видовым и индивидуальным особенностям животного. Для собаки, выведенной работать в одиночку, в темноте, принимая решения самостоятельно, это читается буквально: ей законно положена работа. Поиск, задачи, нагрузка на нос и голову — это не развлечение для энтузиастов, а часть надлежащих условий содержания. Ка ратер, у которого нет занятия, начинает изобретать его сам, и результат хозяину обычно не нравится.

Выгул на поводке и в сопровождении за пределами места содержания. Для породы, у которой рефлекс срабатывает быстрее команды, это не бюрократия, а техника безопасности. Собака, ушедшая за голубем через проезжую часть, — типичный сценарий, а не редкий несчастный случай.

Свободный выгул — только на изолированной, хорошо огороженной территории. Слово «хорошо» здесь несёт всю смысловую нагрузку. Для собаки, которая профессионально пролезает в щели и копает, забор без проверки низа, углов и стыков — просто декорация. Нижний край должен быть заглублён или закрыт, зазоры исключены, калитка — с фиксацией.

Если вы читаете этот текст не из Украины, общая картина такая. На родине, в Испании, порода живёт в нормальном рабочем режиме: клуб ведёт племенную книгу, проводит племенные смотры и декабрьскую монопородную выставку, собаки получают клубные документы. В странах Евросоюза действует запрет на купирование хвостов, поэтому естественная бесхвостость части щенков сегодня остаётся единственным источником «коротких хвостов» в породе.

Механизм с документами одинаков везде, где национальную кинологию представляет член FCI: на непризнанную породу родословной этой системы не выдадут, останется клубная метрика с Майорки. Это свойство не какой-то отдельной страны, а устройства самой международной системы.

При перевозке щенка через границу базовый набор требований тоже универсален: микрочип, действующая вакцинация от бешенства с выдержкой установленного срока перед поездкой, ветеринарный сертификат и минимальный возраст животного. Конкретику всегда сверяйте с актуальными требованиями страны назначения — правила периодически обновляются, и ориентироваться на пересказ пятилетней давности не стоит.

Логичный вопрос украинского читателя: а у нас был кто-то похожий? Ответ любопытный: работа была, а породы не сложилось.

Аборигенные украинские собаки — это собаки простора: хортая борзая, гончие, крупные пастушьи овчарки. Все они выведены под большие расстояния и открытые пространства, под степь и под отару. Мелкого специалиста по амбарам среди них нет ни одного.

А ведь задача стояла ровно та же. В украинском селе амбар, конюшня, мельница и погреб страдали от грызунов ничуть не меньше майоркской усадьбы. Только выполняли эту работу двое: кот и обычный дворовый пёс — кундель, беспородный, но сообразительный, отобранный по тому же принципу, что и на Майорке. Ловит — оставляем, не ловит — не разводим.

Разница лишь в одном, и она оказалась решающей. На Майорке нашлись люди, которые в 1990 году собрались в клуб, описали тип, добились публикации стандарта и завели племенную книгу. У нас этого не сделал никто — и стихийный отбор так и остался стихийным, не выкристаллизовавшись в породу. Сегодня освободившуюся нишу заполнили привозные собаки: джек-рассел-терьер, ягдтерьер, цвергпинчер.

Отсюда и самая понятная для нашего читателя формула: представьте сельского джек-рассела, только легче, тоньше и голосистее. Ошибётесь в деталях, но в суть попадёте с первого раза.

И ещё одна параллель, которая делает породу совсем «своей». Большой пёс у ворот плюс мелкая вертлявая собачонка, которая первой слышит гостя и поднимает крик, — картина, знакомая каждому, кто бывал в селе. Это ровно та же майоркская пара: ca de bestiar и ка ратер, разделение труда один в один. Мы просто никогда не называли эту роль породой и не заводили на неё книгу.

Отдельно про новичков. Ка ратер — не самая сложная порода на свете, но и не «собака по умолчанию». Новичку с ним будет нормально при двух условиях: готовности учиться и честной оценке того, сколько времени он способен тратить каждый день.

1. На Майорке породу до сих пор используют по прямому назначению: на фермах против грызунов и на охоте по кролику.
2. Примерно каждый пятый щенок рождается без хвоста или с коротким рудиментом — это природная особенность, а не купирование.
3. Охотники предпочитали триколорных собак по сугубо практической причине: чтобы в зарослях не спутать собственного пса с кроликом.
4. Генетическое исследование не подтвердило родство породы с терьерами, хотя внешнее сходство разительное. Зато подтвердило родство с валенсийским крысоловом.
5. Монопородную выставку клуб проводит в один и тот же день — в первое воскресенье декабря, в городке Монтуири.
6. У клуба есть зарубежные ячейки — в Германии и во Франции.
7. Из четырёх майоркских пород международное признание получили только две крупные.
8. Название собаки — это её профессия: «ca» означает «пёс», «rater» происходит от «rata», крыса.
9. В украинском перечне опасных пород фигурирует мальоркский бульдог — земляк ка ратера, но не он сам.
10. У породы нет «собачьего» запаха, что делает её удобной для квартиры.